Новосибирская открытая образовательная сеть




Сейчас

 

Все новости

Ноябрь 2015 Октябрь 2015 Сентябрь 2015 Август 2015 Июль 2015 Июнь 2015 Май 2015 Апрель 2015 Март 2015 Февраль 2015 Январь 2015

 

Декабрь 2014 Ноябрь 2014 Октябрь 2014 Сентябрь 2014 Август 2014 Июль 2014 Июнь 2014 Май 2014 Февраль 2014 Январь 2014

 

Декабрь 2013 Ноябрь 2013 Октябрь 2013 Сентябрь 2013 Август 2013 Июль 2013 Июнь 2013 Май 2013 Апрель 2013 Март 2013 Февраль 2013 Январь 2013

 

Декабрь 2012 Ноябрь 2012 Октябрь 2012 Сентябрь 2012 Август 2012 Июль 2012 Июнь 2012 Май 2012 Апрель 2012 Март 2012 Февраль 2012 Январь 2012

 

Декабрь 2011 Ноябрь 2011 Октябрь 2011 Сентябрь 2011 Август 2011 Июль 2011 Июнь 2011 Май 2011 Апрель 2011 Март 2011 Февраль 2011 Январь 2011

 

Декабрь 2010 Ноябрь 2010 Октябрь 2010 Сентябрь 2010 Август 2010 Июль 2010 Июнь 2010 Май 2010 Апрель 2010 Март 2010 Февраль 2010 Январь 2010

 

Декабрь 2009 Ноябрь 2009 Октябрь 2009 Сентябрь 2009 Август 2009 Июль 2009 Июнь 2009 Май 2009 Апрель 2009 Март 2009 Февраль 2009 Январь 2009

 

Декабрь 2008 Ноябрь 2008 Октябрь 2008 Сентябрь 2008 Август 2008 Июль 2008 Июнь 2008 Май 2008 Апрель 2008 Март 2008 Февраль 2008 Январь 2008

 

Декабрь 2007 Ноябрь 2007 Октябрь 2007 Сентябрь 2007 Август 2007 Июль 2007 Июнь 2007 Май 2007 Апрель 2007 Март 2007 Февраль 2007 Январь 2007

 

Декабрь 2006 Ноябрь 2006 Октябрь 2006 Сентябрь 2006 Август 2006 Июль 2006 Июнь 2006 Май 2006 Апрель 2006 Март 2006 Февраль 2006 Январь 2006

 

Декабрь 2005 Ноябрь 2005 Октябрь 2005 Сентябрь 2005 Август 2005 Июль 2005 Июнь 2005 Май 2005 Апрель 2005 Март 2005 Февраль 2005 Январь 2005

 

Декабрь 2004 Ноябрь 2004 Октябрь 2004 Сентябрь 2004 Август 2004 Июль 2004 Июнь 2004 Май 2004 Апрель 2004 Март 2004 Февраль 2004 Январь 2004

 

Декабрь 2003 Ноябрь 2003 Октябрь 2003 Сентябрь 2003 Август 2003 Июль 2003 Июнь 2003 Май 2003 Апрель 2003 Март 2003 Февраль 2003 Январь 2003
13.02.2014

Обзор прессы № 474

Подростковый возраст – это болезнь
 
Расстрелы в школе, когда подросток берет отцовский дробовик и идет мстить учителям и одноклассникам за несчастливое детство, казались типично американской бедой. Это ощущение рухнуло 3 февраля, когда отличник Сережа Гордеев с двумя карабинами пришел в школу, застрелил учителя, взял в заложники класс, убил полицейского и ранил его напарника. 
 
Пока трагедия в школе №263 обрастает догадками на лавочках во дворе, свои соображения сверстники Сергея высказывают в основном на виртуальной площадке — там, где они чувствуют себя увереннее, чем рядом со всезнающими взрослыми. И это вот потрясает: интерес к Гордееву среди подростков, оказывается, ошеломительный. Сразу после того, как стало известно о происшествии в Отрадном, в популярной молодежной сети появилось несколько аккаунтов Сергея Гордеева, хозяева которых, выдавая себя за стрелка, призывали гостей «френдиться». В итоге фан-клуб Гордеева за несколько дней расширился до двух с половиной тысяч, обрастая все более и более откровенными комментариями. «Гордеев герой России. Красава, образование в России давно хромает — сплошная коррупция, плохая программа, а низкие зарплаты учителей только стимулируют развитие этой проблемы. Эту проблему давно следовало решать». «Гирой нашева времини», «Лучше бы моего деда замочил, а то задолбал он уже меня», «Красавец, парень, я буду как ты. Живи, братуха!» Подобными посланиями пестрит стена на странице имени юного стрелка. 
Эти оценки не просто впечатляют – становится по-настоящему страшно. Ведь для многих ровесников Гордеев не психически неуравновешенный подросток или жертва равнодушной системы, а парень, который взял винтовку и вынес к чертовой матери двух взрослых мужиков, заставив заговорить о себе весь мир. И не столь важно, кем считают Гордеева подростки – «крутым парнем» или «свихнувшимся ботаном». Он для них личность. Его поступок интересно обсуждать, эпатажную просьбу «чая с печеньками» в изолятор лайкать, обмениваться ссылками на книжки, фильмы и игры, которые любит Гордеев. Независимо от того, как выглядит его поступок в действительности, в Сети о Сергее Гордееве хотят говорить, там готовы им восхищаться и, что самое жуткое, подражать. Что это за болезнь такая и поддается ли она лечению?
 
 
Игорь Романов, кандидат психологических наук, врач-психотерапевт:
«Все это странно и на нервный срыв не похоже. Состояние аффекта было бы, если бы учитель сказал, что поставит четверку вместо пятерки, а ученик хватает молоток и огревает обидчика. Вот это нервный срыв и состояние аффекта. А ситуация, когда человек действует со всей тщательностью отличника – берет мелкашку, приходит в школу, говорит ключевые слова, наслаждается ощущением могущества над одноклассниками, – это не нервный срыв. Человек четко сказал то, что думал – он хотел посмотреть, как выглядит смерть. Про таких психиатры говорят: человек мортидной (от mort – смерть) фиксации. Это технологический диагноз: он означает, что человек постоянно размышляет о смерти. Сначала это протекает в латентных формах, потом начинает проявляться в стихах, в одежде. Но случается, что выливается и в клинические формы – самоубийство, что среди подростков встречается чаще, либо убийство. Гордеев четко сформулировал свое желание: "Хочу посмотреть на смерть". Убив себя, любопытство он не удовлетворил бы... Уже после убийства Гордеев сказал, что жизнь – иллюзия, что он не хочет жить. Это элемент той же самой мортидной фиксации. Для него жизнь – не яркое переживание, которое он боится потерять, а некая серая картинка. Я – картинка, он – картинка. Давайте одну картинку порвем. О, прикольно! История Гордеева про то, как воспринимают жизнь дети с хрупкой психикой. Понятно, мальчик – отличник, перфекционист, шизоидно хрупкий. И так он отреагировал на жизненную ситуацию. Безусловно, есть большое количество детей, предрасположенных к нервным срывам, но кто из них расплачется и впадет в депрессию, а кто принесет мелкашку и устроит расправу над учителем, спрогнозировать практически нереально. 
Сейчас будет звучать куча стереотипных заявлений о том, что мало в театры водим детей – мол, культурное воспитание защитит от происшествий такого рода. Увы, с психиатрической точки зрения этим можно добиться только того, что расстреливать начнут культурно, цитируя классиков. Еще будут говорить: виноваты педагоги. Но что касается поиска причин – в обществе, в школе, в родителях – проблемы здесь одного порядка. Сегодня мы живем в обществе с такой культурой, где происходящее внутри у подростка никому не интересно. Это точно не интересно школе – она занимается только образованием, а все отношенческие вещи за рамками обучения: не нарушает порядок и тишину на уроке – и ладно. Понятно, что подросток по большому счету и родителям не нужен. Почитайте книжки, которые для родителей пишут: не лезьте подростку в душу, задайте ему границы: что он должен выполнять, во сколько приходить домой, как убирать комнату, чтобы бесплатно ее занимать, а все остальное – не старайтесь понять. Сам разберется. Подростковый возраст – это болезнь: 12-летие лечится 14-летием, 14-летие – 16-летием. В итоге со стороны школы, родителей и всех остальных по отношению к подростку устанавливается эмоциональный вакуум. И что внутри подростка бурлит, кипит какой-то котел, никто не замечает. Но рано или поздно котел рванет. Мы же не первые через это проходим: в США подобные инциденты не единичны. Это мы опять изобретаем велосипед и начинаем думать: был в состоянии аффекта или не был, обидел учитель или нет. Да неважно, обидел учитель или нет – в московских школах тысячи учителей каждый день обижают десятки тысяч детей, но это не значит, что дети будут отвечать на четверку по контрольной контрольным в голову. Проблема в другом. 
В традиционном обществе убийство и самоубийство – табу. Человеческая жизнь сакральна. Это наивысшая ценность, а за последние годы произошла десакрализация жизни, и своей и чужой. То есть формально понимание остается, а эмоционального отношения, когда затаив дыхание любуешься на чудо жизни – своей и чужой,— этого сегодня не существует! Сегодня для многих детей, да и не только детей, чужой человек – это познавательная функция. Интересно же посмотреть, какой он. Малые дети берут муху и отрывают крылышки, а большие – дробовик и идут смотреть, как выглядит смерть. 
К сожалению, тенденция такая, что все это сегодня только усиливается. Сейчас ответ на то, как с этим справиться, ищут только в усилении систем безопасности. Но одна только система безопасности подростковые взрывы не предупреждает – посмотрите на опыт Америки. Вряд ли мы сейчас готовы блокировать такие вспышки социальными или психологическими методами. А с помощью металлоискателей это не остановить. 
"Это из-за того, что жизнь обесценена"».
 
 
После трагедии. В тихом омуте
 
Михаил Виноградов, доктор медицинских наук, психиатр, криминалист:
«Я выступаю как эксперт по особо тяжким преступлениям и полагаю, что мы уже более или менее разобрались во всей этой ситуации. В школу идет 10-классник с двумя карабинами, проходит мимо охранника, входит в класс и расстреливает учителя. Не убивает, а расстреливает. Первый выстрел по корпусу, второй контрольный в голову. 
Как могло такое произойти? Начнем с характеристики убийцы. В детском возрасте у Гордеева были проблемы с психическим здоровьем. О чем он, кстати, расстреляв учителя, рассказывал одноклассникам. Его показывали психиатру. Да и внешне это проявлялось – мальчик рос малообщительным, стеснительным, сторонился ребят, с девочками не получалось. Главной его целью была золотая медаль. Он вообще был очень целеустремленным. И тут на его пути встал преподаватель географии. Золотая медаль отодвигалась из-за одной четверки. Парень, который, скорее всего, страдал либо вялотекущей шизофренией, либо тяжелой психопатией психастенической формы, зацикливается на этой проблеме. Начинает нарастать беспокойство, обида, что приводит к накопительному аффекту. Мы чаще слышим о патологическом аффекте, когда человек моментально реагирует на раздражитель каким-то неадекватным поступком. А в случае накопительного аффекта страх и ярость могут накапливаться месяцами и в какой-то момент выплескиваются наружу в виде тягчайшего преступления. Здесь, на мой взгляд, мы имеем дело именно с накопительным аффектом. Когда мальчик понял, что у него ничего не получается с золотой медалью, взял отцовское оружие и пошел расстреливать причину своих бед. А когда приехала полиция, начал отстреливаться, потому как ему было уже все равно. Он был в состоянии крайнего возбуждения. 
Безусловно, зная об особенностях психики сына, родители пытались укреплять ее какими-то доступными методами. Например, папа записал мальчика в секцию самбо, полагая, что это выработает характер, сделает более уравновешенным. Но в то же время отец водил его на стрельбы, давал ему стрелять и держал оружие так, что сын имел доступ. 
Теперь школа: мальчик своеобразный. Здесь большая проблема. На отношения с одноклассниками никто не обращает внимания. Проблем вроде нет – тихий, застенчивый. Что плохого от него ждать? Но, сами знаете, в тихом омуте... Поэтому списывать произошедшее только на нездоровую психику нельзя. Сложившаяся ситуация – безусловная вина родителей и школьных педагогов, которые не увидели, что парень подходит к грани. 
Если говорить о ситуации в целом, в России агрессия детей и подростков растет. По уровню агрессивности мы занимаем третье место после слаборазвитых стран Африки и стран Балтии. Стираются границы дозволенности. И к себе, и к старшим. Пропадает жалость. Известны случаи, когда подростки пинали пожилую учительницу физкультуры вместо мяча или девочки заманивали одноклассниц в подвал, где их насиловали мальчики. В Подмосковье 9-летний мальчик и 6-летняя его подружка зарезали отчима, который заставлял хорошо учиться: опоили его каким-то препаратом, подмешав в водку, и консервным ножом вскрыли желудок. Это случаи, когда агрессия направлена наружу. Но еще больше аутоагрессии. Достаточно вспомнить 8 самоубийств подряд в Екатеринбурге после ЕГЭ. Они посчитали, что написали недостаточно хорошо и их жизнь закончена. Возможный низкий балл по ЕГЭ был для них сродни клейма на всю жизнь. Не взял планку – ты ничтожество, не достойное жить. 
Социальный фактор, безусловно, имеет значение. Но в случае с Гордеевым семья благополучная. А если взять пьющие, неблагополучные семьи – там сплошь и рядом убийства. У меня на расследовании дело, где взрослый сын убил маму, скинул тело в погреб и уговорил малолетнего племянника взять на себя вину. И таких бесчеловечных убийств детьми и подростками в моей практике довольно много. Я думаю, это происходит, главным образом, из-за того, что жизнь обесценена. И с исчезновением моральных ценностей, стыда, сострадания, уважения к другому человеку уровень подростковой жестокости будет только расти».
 
Журнал «Огонёк», «Гирой нашева времини», 10 февраля 2014 года
 

Назад